Аквариумные рыбы



  На главную

  Построение аквариума
  Оборудование аквариума
  Уход за аквариумом
  Растения в аквариуме
  Аквариумные рыбы
  Питание
  Разведение
  Болезни рыб
  Другие обитатели аквариумов
  Советы









Форель


Нерест форели происходит очень поздно — в сентябре или даже октябре, что зависит главным образом от охлаждения воды, так как теплой парной воды, какой бывает большей частью вода в июле и августе, она не терпит и, отправляясь метать икру, ищет воды ключевой. Нерест этот продолжается довольно долго, иногда долее месяца. Форель мечет икру не в один раз, а в несколько приемов, причем возвращается метать каждый раз на то же место. Мечет икру форель ночью, приходя на место нереста с наступлением сумерек и удаляясь оттуда лишь с рассветом. Местом нереста она выбирает мель, и часто такую, что вода не покрывает даже ее спины. Выметывая икру, форель трется о камни, причем иногда так сильно, что стирает даже с них ил, траву и делает место нереста светлым пятном. Пятно это имеет аршин и более в диаметре и ясно выделяется на темном фоне реки.

Икру свою форель складывает в ямки, которые, как говорят, вырывает хвостом. Икра ее крупна (величиной с горошину), но немногочисленна; по крайней мере, в двухфунтовой рыбе ее насчитывается не более 2000 зерен. Зарытые в гравий под камнями, икринки форели развиваются крайне медленно. Молодь выклевывается из них только через 40 дней или даже через 2 месяца; а выклюнувшаяся молодь таскает свой желточный мешок тоже долго, не менее 8—10 недель, и освобождается от него не ранее появления весной насекомых. Из последних молодая форель предпочитает всему комаров, мошкару и поденок. Переменив пищу, рыбка начинает расти все быстрее и быстрее, так что через два года достигает 5 вершков и более. Достигнув этого возраста, самчик становится способным к размножению, но самка достигает полового развития не ранее трех лет.

Какое громадное превосходство имеет питание форели насекомыми перед всеми другими способами кормления, показывает нам интересный опыт англичанина Стоддарта. Разместив выклюнувшуюся из икры молодь форели в три аквариума, он начал кормить форелек в каждом из них различной пищей. В одном только червями, в другом только мелкой рыбой (гольянами), а в третьем, наконец, только мухами. И что же вы думали? Больше всех выросли те, которых кормили мухами, затем вдвое меньше те, которых кормили рыбами, и, наконец, почти совсем не выросли те, которых кормили червями. Вот поэтому-то, вероятно, молодь форелей и гоняется так усердно за насекомыми, летающими над водой!

У нас в Москве в аквариумах форель я никогда не видел, так как родина ее слишком далеко и вряд ли рыба в состоянии перенести столь продолжительную перевозку, но прелестные, чрезвычайно пестрые и крупные экземпляры видел я в бытность свою в Вене, в городском аквариуме. Попав туда как раз в час кормления рыб, я имел удовольствие быть свидетелем аппетита форели. Я часто видел, как ест сом, как едят карпы, лини и другие жадные рыбы, но такой жадности, с какой едят форели, признаюсь, никогда не видывал: они не едят, а давятся. Надо видеть, с каким остервенением накидываются они на брошенную говядину, как вырывают ее друг у друга, заглатывают ее, изрыгают обратно, опять заглатывают и опять изрыгают и наедаются таким образом до того, что, кажется, хотят лопнуть. Кормят их так сытно ежедневно, потому что иначе они очень быстро засыпают. Вода в этом аквариуме проточная, а растительностью служат незабудки, которые, как и вообще все растения, находящиеся в венском аквариуме, посажены только красы ради и своей роли снабжения воды кислородом не исполняют, чего, впрочем, здесь, конечно, и не требуется, так как вода проточная и, кроме того, во все аквариумы проведены особые воздуходувные аппараты. Об аппаратах этих мы будем говорить впоследствии.

Лучше всего живут в аквариумах, как говорят, форели, выведенные из икры искусственно. Форели эти, кроме того, представляют для любителя чрезвычайно большой интерес по чудовищности и уродству форм, которые так часто принимает их тело. Так, напр., некоторые из них имеют тело согнутое дугой, другие — две головы на одном туловище, третьи срослись животами, четвертые — два отдельных тела с одним общим хвостом и т.д. Все эти уродства живут обыкновенно не долее нескольких недель и умирают, самое позднее, как только исчезает у них желточный пузырь. Но это происходит, по всей вероятности, оттого, что до сих пор за это дело не брался истинный любитель, а возьмись он — и я уверен, что наши аквариумы обогатятся вскоре новыми чудовищными формами рыб.

Вообще, обращаю внимание любителей на этих рыбок. Мне кажется, что они могут доставить им чрезвычайно много удовольствия, так как, кроме способности принимать чудовищные формы при выходе из икры, рыбки эти обладают еще способностью изменяться в цвете, росте и форме даже в зрелом возрасте, и притом в такой степени, что с ними в этом отношении не может сравниться ни одна рыба; не может сравниться даже род карпов, которые, как мы видели, благодаря китайцам (телескоп, кинь-ю и др.), а частью также и европейцам (шпигель-карп и пр.), приняли бесконечное число уродливых форм, сделавшихся даже наследственными. Состав и цвет воды, растительность, свойства дна, пища — все имеет на них влияние не только на одну окраску, а даже, как мы сейчас сказали, на само строение тела.

Во Франции нет почти речки, в которой водится форель, где бы рыбка эта не отличалась чем-нибудь от остальных форелей, так что число ее разновидностей, можно сказать, бесконечно. Все эти изменения ясно отличимы, но что за причина их — решить пока почти невозможно. Почему, например, у одних форелей мясо белое, а у других красноватое? — никто наверно не знает. Замечено только Костом, что цвет этот передается самками их икринкам и что икринки желтоватые дают бело- мясых форелей, а розовые — красно мясых; словом, форель представляет для наблюдений любителя обширное поле. Интересны также рождающиеся из икры помеси форели с другими рыбами, к чему она имеет также большую склонность.